Стоит ли обращать внимание на школьные отметки?

Cмотрю, как после занятий детки выходят развеселой гурьбой из школы. И вдруг замечаю посреди их расстроенное лицо мальчугана. На память здесь же приходят слова старенькой песенки: «А все шагают налегке, а у тебя портфель в руке с тяжеленной двойкой в дневнике, с большой двойкой в дневнике… И ноги тащатся чуть, и опустилась голова, как голова у числа два!»

Любой из взрослых может вспомнить свое детство и молодость, вспомнить, что беспокоило и тревожило его больше всего. И честно ответить для себя самому, рыдал ли он хоть раз в жизни, получив нехорошую отметку. Я могу про себя сказать, что я рыдал, да еще как, получив две двойки попорядку за то, что не сделал гербарий из представителей семейства крестоцветных. Каких-либо 35 лет прошло, а все равно помнится. А любопытно, если сложить все детские слезы по поводу нехороших отметок, то какой объем они займут? Озеро Байкал мы все наревели либо еще как бы нет?

Преднамеренно следя последние пятнадцать лет за общением школьников и студентов, слушая их дискуссии меж собой в школах, университетах, в публичном транспорте, вспоминая собственные школьные и институтские годы, я сделал вывод, что практически 99,8 процента дискуссий учащихся меж собой касается или отметок – какую поставили, на какую есть надежда, или учителей и педагогов – кто «злой», а кто «хороший» (в смысле оценок). К большенному огорчению, детки и юные люди практически не дискуссируют трудности и неразгаданные потаенны природы, не строят смелые догадки относительно грядущего – только оценка занимает их разум, она нависла ужасным дамокловым клинком над детскими душами. Вокруг оценок в главном вертятся также и дискуссии родителей с детками.

Кнут и пряник

Смысл школьной оценки как собственного рода оборотной связи от учителя к ученику – дать осознать последнему, с каким качеством он выполнил то либо другое задание. Сторонники данного подхода, таким макаром, считают, что без выставленной оценки ученик не выяснит, отлично либо плохо он подготовился.

Но так ли нужна учащимся такая оборотная связь? Допустим, школьник ведает у доски стихотворение. Сейчас ему не подфартило – он, как понятно, учил, но запамятовал и поэтому прочитал назубок только половину стиха. Меж двойкой и тройкой, скажем мы, будучи людьми опытнейшеми. Правда, все находится в зависимости от учителя, от его настроения и дела к этому ученику, от самого ученика и от его репутации, ну, к тому же от размера стиха. Все верно, но разве в этом случае сам ученик, как и весь остальной класс, не лицезреет безо всяких оценок, что домашняя работа изготовлена очевидно некачественно? Лицезреет, естественно. Так для чего же в данном случае оценка?

А если учащийся сказал стихотворение вполне, где-то даже пробовал читать его с выражением, но учительница поставила ему четверку? Ученик, ждя пятерку, обижен. Налицо конфликт из-за неопределенности критериев оценки.

Либо другой случай – школьник сдает на проверку письменную работу. Допустим, что он сам не знает, с каким качеством выполнил задание. Получив от педагога тетрадь с пометками, указывающими на определенные ошибки, он получает детализированную оборотную связь, учтя которую сумеет в предстоящем откорректировать свое поведение – верно писать то либо другое слово, верно решать тот либо другой пример. Для чего ему в данном случае к тому же отметка, которая носит обобщенный нрав и не может указывать ни на ошибки, ни на определенные плюсы работы? Если, скажем, ученик захотит сопоставить качество выполненного им и его соседом по парте задания, то он сумеет это совсем не сложно оценить по количеству пометок, изготовленных красноватыми учительскими чернилами в собственной и в чужой тетради. То же самое он сумеет сделать, если захотит сопоставить свою сегодняшнюю успеваемость и успеваемость в прошедшем месяце. В любом случае отметки ему для этого не необходимы.

Выходит, что как инструмент оборотной связи от учителя к ученику отметка не делает собственной функции в подабающей мере. Зачем же она тогда нужна?

Как функция побуждения ученика к учебе, произнесут сторонники школьных оценок. (И будут, в общем-то, правы). Отрицательная отметка употребляется как наказание недобросовестного ученика, а положительная – как справедливая заслуга. Сама собой навязывается аналогия с ишаком, которого, если ведет себя плохо, наказывают палкой, а если идет туда, куда нужно, то вознаграждают морковкой. Либо когда зоопсихологи желают выработать у лабораторной крысы навык прохождения лабиринта, то фуррор крысы подкрепляется куском сыра, а за неуспех она получает удар током. Отметка школьника, оказавшегося в этой восхитительной компании, куда гуманнее, произнесут сторонники оценок. Ведь ранее заместо оценок в школах применялись телесные наказания.

Прогресс налицо. Но не кажется ли вам, почетаемые читатели, что современный школьник либо студент заслуживает других методов и приемов мотивации для действенного обучения сложным наукам.

Итак, отметка в этом случае может выступать как типичные «кнут и пряник». Только эти стимулы очень тяжелы для психики малыша.

Отметки и малыши

Сосредоточение деток с самых ранешних лет на оценках во вред освоению учебного предмета приводит в действие механизм, узнаваемый в психологии как «сдвиг с мотива на цель». Основным мерилом личности малыша выступают получаемые им оценки – по последней мере, он так считает. Это, конечно, не так, есть более принципиальные вещи: нравственное развитие, ум, фактически познания и умения, здоровье, в конце концов, но детский мозг не всегда может осознать эти тонкости.

Став эквивалентом фуррора, отметка преобразуется в своеобразную валюту, некоторое золото. Покалеченный оценками ребенок, приучаясь больше ценить не содержание, а форму, становится взрослым и лицезреет, что в большенном, уже не школьном, мире действуют иногда те же искривленные эталоны: средства часто важнее, чем метод их зарабатывания. Таким макаром, система оценивания с юношества развращает душу малыша. Помните, как Том Сойер выменял у собственных компаньонов призовые купоны (аналог оценок) и стал перед ошеломленной школьной комиссией круглым отличником. Ради оценок школьники в реальной жизни идут на мелкие злодеяния: тайком ставят для себя четверки и пятерки в журнальчик, подчищают нехорошие отметки в дневниках.

При имеющейся системе оценок происходит разделение малышей на касты – «аристократов-отличников», «разночинцев-середнячков» и «неприкасаемых-отстающих», находящихся на различных уровнях школьной табели о рангах. Трагизм в том, что это разделение часто закрепляется в сознании малыша и перебегает во взрослую жизнь.

А знаем ли мы ужасающую статистику детских самоубийств в мире из-за нехороших отметок, приобретенных на экзаменах? В конце прошедшего века в Стране восходящего солнца, к примеру, это было значимой неувязкой для семей, где выпускники школ не получали проходного балла в университеты.

Пожалуй, только школьные психологи да докторы обладают достаточной информацией о том, сколько нервных расстройств происходит у деток, в особенности в конце четверти либо учебного года.

Но есть и положительные примеры. Ольга Матвеева, опытнейший школьный психолог, ведает, что, с того времени как уже более 10 годов назад в столичной школе №1205 была внедрена система безотметочной оборотной связи в младших классах (с первого по 4-ый), у деток значительно уменьшились и в неких случаях фактически на сто процентов сошли на нет такие многофункциональные расстройства, как невротические реакции, тики, подергивания, энурез. Детки стали более размеренны, убеждены внутри себя, повысилась успеваемость – настоящая, а не отметочная. И это, к счастью, далековато не единичный пример.

Все почаще и почаще в младших классах детям не ставят отметки, а старшеклассники, избавленные от необходимости хлопотать о «среднем балле» и направленные на поступление в университет, меньше беспокоятся о том, что у их «выходит в четверти» либо «за год». Одна сотрудник говорила, что отпрыск, обращаясь к ней, гласил: «Я предмет знаю, ты знаешь, что я знаю, а на отметки мне наплевать».

Отметки и предки

Понятно, что задачка воспитания – помогать формированию взрослого элемента личности школьника, другими словами сознательности, ответственности, самостоятельности, умению управлять собой. Ежедневная же оценка со стороны воспринимается ребенком (ну и взрослым человеком) как неизменная угроза его своей самооценке, его личности.

Вспомните известную картину Решетникова «Снова двойка!». Ее можно было бы именовать «Как создается комплекс неполноценности». Попробуем разъяснить ее содержание, к примеру, инопланетянину, с которым вкупе ходим по картинной галерее. Он никак не усвоит, почему пришедший домой мальчишка изображен таким печальным.

- Понимаешь, – скажем ему мы, – мальчишка этот, наверняка, хороший, но оболтус приличный. Обучается он просто отвратно, вот в чем дело. Это ведь не 1-ая двойка у него. Он уже всех замучил своими отметками. Смотри, как мать переживает. Папы на картине нет, он на работе. Вот он вечерком придет, он покажет собственному отпрыску, поучит его уму-разуму!

- Это отлично, что папа его поучит, – произнесет хороший инопланетянин, – наверняка, его в школе не прекрасно учат. Но почему мальчишка так переживает? Ведь беды в процессе освоения новых познаний полностью естественны, не так ли? Для чего же его наставник подвергает мальчугана дополнительным стрессам? Разве он не должен делать так, чтоб учение было увлекательным и веселым?

Позиция родителей по отношению к школьным отметкам собственных малышей должна быть по способности человечной. Вы вашей властью сможете ввести у себя дома «безоценочную зону». Встречайте малыша, возвращающегося из школы, вопросом не «Что ты получил(а) сейчас?», а «Что было увлекательного в школе, что ты вызнал(а) нового, полезного? Расскажи, пожалуйста, мне тоже любопытно!».

Ни при каких обстоятельствах не ругайте малыша за нехорошие отметки, не наказывайте его, не торгуйтесь – дескать, будет у тебя в четверти по арифметике пятерка, купим для тебя роликовые коньки.

- А что все-таки, мне его за двойки по головке разглаживать, что ли? – возмутятся некие предки.

Если ребенок расстроен, угнетен, то вправду можно и необходимо по головке погладить, успокоить. А далее не орать, не наказывать, а помогать. Садиться голова к голове и совместно с ним читать, решать, учить, ободрять и одобрять, внушать уверенность в собственных силах. Если б брань и наказания хоть кому-нибудь в жизни посодействовали стать умнее, у нас бы практически 95% школьников и взрослых издавна бы получили Нобелевскую премию. Будет прекрасно, если вы расскажете дочери либо отпрыску о собственных трудностях в вашем детстве при освоении того либо другого предмета. Это сближает, вы сами увидите.

А нужно ли хвалить за отличные отметки? Нужно, но не за отметки, а за энтузиазм к учебе и к миру. И не столько хвалить, сколько поддерживать малеханького человека и его энтузиазм к освоению мира вокруг нас. По сути этот энтузиазм – дело полностью естественное для всех малышей начиная с первых дней жизни, каждый родитель это знает. Наша задачка – не отбивать этот энтузиазм, а всячески его подкреплять и поощрять. Если ваш ребенок, что именуется, «тянет» предмет, то попытайтесь выискать вкупе с ним, а что еще можно выяснить, прочесть кроме школьной программки. А если «не тянет», если испытывает ужас либо омерзение к предмету, то тем паче делайте это. В вашем распоряжении огромное количество красивых детских энциклопедий, книжек (в том числе аудио), примечательные калоритные киноленты о природе, познавательные компьютерные программки – это неистощимое море инфы в Вебе. Вашим лозунгом, лозунгом для всей семьи, а не для 1-го только малыша, должно стать: учеба – это классно, любопытно и забавно! Обучаемся вкупе, всегда и всюду, а не только лишь в школе. Наш учебник – это весь мир!

Отметки и учителя

Очень тяжело ставить школьнику отметку и не унижать при всем этом человеческое достоинство, считает узнаваемый преподаватель и публичный деятель Евгений Бунимович.

Большая часть школьных учителей и вузовских педагогов свидетельствуют, что испытывают определенный стресс, ставя нехорошую отметку и видя, как переживает ученик либо студент. Но бывает и так, что учитель употребляет оценку как способ наказания, он мстит супротивному ученику при помощи низкой отметки, злорадно ставит в тетради жирный кол.

Если б отметки в их сегодняшнем виде могли быть везде ликвидированы, то преподавателю была бы предоставлена возможность сначала учить, быть ассистентом, консультантом учащихся, а не наказывающим либо милующим ментором. Разумеется, что мы не сможем просто так взять и отменить существующую систему школьных отметок. Для начала следовало бы переучить педагогов учить деток так, чтоб тем было любопытно.

Педагог последнего поколения должен осознать и принять, что школьник либо студент может отлично обучаться не из ужаса быть наказанным и не для того, чтоб получить в ежедневник либо в зачетку священную цифру, а поэтому, что ему любопытно, поэтому, что он лицезреет реальную пользу от освоения наук.

Но у преподавателя и на данный момент есть инструмент воздействия на сознание малыша, при этом не только лишь кроваво-красного цвета. Употребляется он, правда, очень изредка. Идет речь о зеленоватых чернилах Шалвы Амонашвили, известного гуманиста и преподавателя. Даже ассоциативный ряд в данном случае совсем другой – это цвет зеленоватого ростка, цвет жизни и развития, разрешающий цвет светофора. Зеленоватыми чернилами Амонашвили отмечал те места в школьных работах, которые заслуживали одобрения, это был символ – «ты молодец», «так держать».

А я вспоминаю примечательные уроки литературы в моей школе 30 годов назад, когда мудрейшая и тактичная учительница Тамара Валентиновна Алексеева ставила нам плюсики за активность на уроке. Из нескольких плюсиков позже складывалась полновесная отметка. На ее уроках можно было без ужаса спорить, выдвигать догадки, отстаивать свое мировоззрение.

Чем больше, тем лучше

В качестве переходной компромиссной меры в текущее время есть предложение о внедрении 10-балльной оценки. Ее коренное отличие от сейчас имеющейся системы состоит в том, что в ней принципно нет отрицательных отметок. Положительно подкрепляется неважно какая положительная активность учащегося. К примеру, если помнишь всего одну-две строки из стихотворения, то получи один балл, а лучше гласить – одно призовое очко. Если решил практически половину задания – вот для тебя четыре, 5 либо даже 6 очков. Самой противной оценкой будет, таким макаром, ноль очков. Другими словами если ранее школьник, не совершенно уверенный в том, что знает на «4″ либо на «5″, старался не подымать руки, «не высовываться» и облегченно вздыхал в конце урока, что, дескать, пронесло, то с новейшей системой такая стратегия будет уже глуповатой – у тебя был шанс заработать хоть пару очков, а ты им не пользовался.

В неких странах уже есть 10- и даже 100-балльные системы оценки познаний. Такие системы, по воззрению профессионалов, должны снимать психический барьер ужаса у малыша перед проявлением активности, превращать урок в интереснейшую игру, в род спортивного состязания, в каком нет проигравших.

Можно увидеть, что и при таковой системе малыши будут ассоциировать свои набранные очки – это правда, от этого не уйдешь, но дело в том, что при многобалльной системе все малыши будут стоять по одну сторону, все они будут на типичном пьедестале почета. Естественно, при условии, что учителя верно пользуются новым инвентарем и не делят автоматом возросшее количество очков пропорционально отметкам старенькой системы.

- Я выступаю за расширение оценочной шкалы, считаю, что многобалльные оценки позволят лучше дифференцировать познания учащегося, чем существующая система, превратившаяся, на самом деле, в 3-балльную, – гласит Вера Воронина, преподаватель с 20-летним стажем. – И вообщем, преподаватель должен держать в голове: ставя оценку ребенку, ты ставишь оценку для себя.

Игорь Монгольский,
психолог
Статья предоставлена журнальчиком
Стоит уделять свое внимание на школьные отметки?

Аналогичные записи: Комментирование на данный момент запрещено, но Вы можете оставить ссылку на Ваш сайт.

Комментарии закрыты.