Как по нотам

Предки нынешних школьников, когда сами были малеханькими, должны были очень попытаться, чтоб попасть в музыкальную школу. Сейчас очередей в «музыкалки» нет. А что там есть, выясняла корреспондент «ИП» Светлана Казанцева.

По поводу учебы в музыкальной школе, говорят спецы, в сознании многих людей укоренились два неверных представления. 1-ое: чтоб обучаться, необходимо иметь абсолютный музыкальный слух. 2-ое: этим есть смысл заниматься только тем, кто желает стать музыкантом.

«Музыка содействует интеграции полушарий мозга и улучшает его деятельность – к примеру, связанную с лингвистикой, арифметикой, вообщем с творческим мышлением, – растолковала ИП Алиса Пушинская, пианистка, кандидат педагогических наук. – Занятия музыкой в особенности полезны детям в семь-девять лет, когда идет активное развитие мозга».

Если отпрыск либо дочь после окончания «музыкалки» забросили инструмент – так, молвят преподаватели, поступает третья часть выпускников, – это грустно, но все таки нельзя сказать, что семь лет терзания виолончели либо баяна прошли впустую.

«Главное в музыкальном образовании – научиться осознавать и ощущать музыку», – считает Алиса Пушинская. Схожий навык сформировывает вкус и общую культуру человека. «За 45 лет работы в музыкальной школе я очень изредка сталкивалась с тем, чтоб наши выпускники оказались в неблагоприятной среде, нехороший компании», – подчеркивает директор детской музыкальной школы N21 имени Баха Серафима Севостьянова.

В профессии музыканту достигнуть фуррора тяжело. Узнаваемый русский пианист Николай Петров вообщем считает, что «земной шар перенасыщен музыкантами всех жанров» и малыша «следует учить музыке исключительно в том случае, если он указывает вправду незаурядный талант».

Но это – все таки о проф деятельности, а не о развитии музыкальности. «Воспитать из малыша проф музыканта вначале желают немногие предки – или музыканты, или те, что желали стать музыкантами, но у их не вышло», – считает пианистка Алиса Пушинская.

«Музыкальный слух есть у всех, просто его необходимо развивать, – убеждает ИП Надежда Бондарева, директор детской музыкальной школы N86. – При отсутствии очевидной задержки развития обучить игре можно хоть какого малыша». Даже если ваш ребенок «В травке посиживал кузнечик» пробует петь на мотив «Калинки» – это не означает, что его нельзя учить музыке, пусть Рихтера либо Башмета из него и не получится.

Только необходимо выбирать, исходя из возможностей малыша и вашей оценки его проф перспектив, где и как учиться музыке, также – какой.

Русская школа
В стародавние времена музыкальное образование на Руси ограничивалось школами богослужебного пения.
Школы при вокальных хорах, клиросах, в каких учили малышей, появились еще в XI веке в Смоленске. Владимире и неких других центрах княжеств. Светское музыкальное образование появилось куда позднее – в конце XVII века, когда при Петре I стал развиваться энтузиазм к музыкальным «заокеанским потехам».
В Россию стали приглашать зарубежных музыкантов для обучения русских дворян игре на разных инструментах и пению. Специально была выписана большая группа иноземцев для обучения музыке, сначала духовой, солдатских малышей.
В 1741 году были учреждены инструментальный класс в Петербурге и вокальная школа в Глухове для пополнения придворной капеллы.
В 1779 году в Петербурге открылась 1-ая в Рф особая школа сценического и музыкального искусства – Театральное училище. Скоро преподавание музыки было введено в дамских учебных заведениях и в воспитательных домах.
Консерватории были основаны в Рф только во 2-ой половине XIX века: Петербургская – в 1862 году, Столичная – в 1866-м. Тогда же начали раскрываться музыкальные училища при отделениях правительского Российского музыкального общества. В Москве, Петербурге и неких провинциальных городках появились общедоступные музыкальные учебные заведения – «народные консерватории». С каждым годом росло количество личных музыкальных школ.
Создателями же целостной трехступенчатой системы музыкального образования, включающей детскую школу, спец проф училище и университет, числятся сестры Гнесины – Лена, Евгения и Марина.
Сестры Гнесины в 1895 году основали детскую личную музыкальную школу в Москве. Потом по инициативе Лены и Евгении Гнесиных был открыт музыкальный муниципальный техникум (с 1936 года он именуется Музыкальным училищем имени Гнесиных). А в 1944 году Лена Гнесина достигнула сотворения Музыкально-педагогического института имени Гнесиных.

Инструмент воспитания

Выбор музыкального инструмента, на котором будет играть ребенок, ложится на плечи родителей – преподаватели только рекомендуют.

Учтите ряд моментов. Инструмент ребенку в большинстве случаев необходимо иметь дома – там же и репетировать. Прикиньте, по кармашку ли вам инструмент и есть ли для него место в квартире.

Ученику имеет смысл брать дешевые эталоны: кто знает, может, уже через полгода вы будете мыслить, куда бы пристроить «пианино б/у, состояние новейшей вещи», если учеба не пойдет. Новое пианино стоит от 30 тыс. руб., аккордеон – от 20 тыс. Доступнее флейта, виолончель (от 7 тыс. руб.), домра – от 4 тыс. руб. Дешевле всего гитара либо скрипка – самые простые можно приобрести и за 1,5 тыс. руб. Но инструменты различаются и в другом, при этом более существенном, чем стоимость, отношении: трудности обучения.

Виртуозное владение инвентарем просит сверхусилий, даже если это губная гармошка либо балалайка. Но из струнных инструментов смычковые – самые сложные (в то же время и их выразительные способности более широки). На настроенной гитаре, скажем, зажатая на определенном ладу струна дает «ля». Эту нотку всегда дает и определенная кнопка настроенного пианино. А скрипач всегда играет «на слух» – он должен отыскать на грифе, не размеченном ладами, это «ля» и осознать, что не сфальшивил.

Потому чтоб скрипичное выполнение не напоминало мартовские рулады котов, скрипач должен быть очень неплохим. В то время как гитариста либо пианиста, хотя бы в дружественной компании, можно слушать и просто сносного.

«Самый ходовой и нужный инструменту родителей и деток, естественно, фортепиано, – гласит пианистка Алиса Пушинская. – Фортепианное отделение есть во всех школах. Не считая того, в музыкальной школе со второго класса полностью все малыши проходят общий курс игры на фортепиано, потому что без него нереально музыкальное сольфеджио».

Обычно пользуются популярностью также гитара, скрипка, аккордеон, труба. А такие инструменты, как валторна, гобой, кларнет, фагот, арфа, контрабас, не так популярны. Хотя по падению энтузиазма ничто не может сравниться с балалайкой и иными народными инструментами.

«Бывает, что предки приводят малыша обучаться играть на скрипке, но у него не хватает слуха, чтоб ее освоить, – гласит директор школы имени Баха Серафима Севостьянова. – Тогда мы стараемся перевести ученика на другой инструмент. Не считая слуха выбор музыкального инструмента нередко определяют физические данные малыша: у кого-либо слабенькие пальцы для струнных, у кого-либо губки и зубы не годятся для духовых».

Различия меж мальчуганами и девченками при обучении на различных инструментах не делают. Естественно, сильный пол почаще можно узреть с баяном либо трубой в руках, чем слабенький, а в случае с арфой – напротив. Но это традиция, а не правило.

В муниципальных детских музыкальных школах работают, обычно, 5 музыкальных отделений: фортепиано, струнных инструментов, духовых, народных и ударных. Главное, что на данный момент, в отличие от русских времен, когда конкурс в музыкальные школы был 10-15 человек на место, в большинстве из их недобор. Как следствие, сейчас вашего малыша даже за двойки навряд ли оттуда отчислят – разве что в последнем случае оставят на 2-ой год.

Меценату на заметку
Источником дохода музыканта часто становилось покровительство богатой и знатной личности.
Вдова жд магната Надежда Филаретовна фон Мекк в течение примерно 15 лет передавала Петру Чайковскому по 6 тыс. руб. раз в год. Это позволяло ему благопристойно жить, ездить за границу на исцеление, а все силы направлять только на сочинение музыки. Они никогда не повстречались лично (хотя и жили иногда в одном городке) и соблюдали договоренность о неафишировании этой помощи. Все же фамилия фон Мекк сейчас упоминается в хоть какой, даже самой короткой биографии композитора.
Другой российский меценат – лесопромышленник Митрофан Беляев – поддерживал средствами Александра Глазунова (создателя балета «Раймонда»). Согласно завещанию Беляева, после его погибели был организован фонд поощрения российских композиторов и музыкантов, в попечительский совет которого входили Николай Римский-Корсаков (оперы «Садко», «Снегурочка»), Анатолий Лядов (симфонические миниатюры «Баба-яга», «Кикимора») и тот же Глазунов.
Не считая того, время от времени удачные музыканты помогают своим сотрудникам. Римский-Корсаков давал средства молодому Александру Гречанинову, сочинившему ряд произведений российской духовной хоровой музыки. А Людвигу ван Бетховену в последний период жизни, когда от него отвернулись практически все и многие музыканты стали считать его поздние сочинения бессмыслицей, серьезно помогал князь Николай Голицын.

Государственное звучание

Количество районных детских музыкальных школ в Москве фактически не поменялось с русских времен. Как поведала ИП Алина Цодокова, директор методического кабинета по учебным заведениям искусств и культуры столичного комитета по культуре, в Москве работают 103 музыкальные школы. Не считая того, музыкальное отделение есть в 15 школах искусств. «В целом по Москве недостатка музыкальных школ нет, разве что в новых районах, к примеру в Южном Бутове. Там не так давно открылась школа искусств N16, но этого недостаточно», – гласит Алина Цодокова.

Школы вправду есть во всех административных окрестностях, но распределены они неравномерно. «Больше всего их в Центральном и Восточном окрестностях – по 20. А в Зеленоградском окружении всего две музыкальные школы и одна школа искусств», – отмечает госпожа Цодокова.

При приеме в музшколу регистрация (прописка малыша) конкретно в этом районе не требуется, но возить малышей далековато от дома не достаточно кто захотит, и в ЦАО, скажем, музыкальные школы раз в год сталкиваются с неувязкой набора учеников. «У нас нет отбора, есть только набор всех желающих, – ведает ИП директор музыкальной школы N5 имени Игумнова Лена Агажанова. – В центре расселили коммуналки, малышей стало еще меньше – переехали в спальные районы. Преподаватели приводят собственных малышей и малышей знакомых, прогуливаются по школам и всех агитируют поступать к нам».

В новых районах недобор в школы наблюдается пореже. Например, в районной музыкальной школе N86, расположенной в Олимпийской деревне, заморочек с набором нету на все отделения. «Недобор мы пережили в конце 1990-х годов как итог спада рождаемости, – гласит директор школы Надежда Бондарева. – А в этом году в 1-ый класс было подано 138 заявлений, хотя принять мы могли только 120 деток».

Удачно закончат «музыкалку», естественно, меньше половины деток. Самые томные для малыша, молвят спецы, обычно, 1-ые три года знакомства с музыкальной классикой Далее ученики втягиваются и начинают получать наслаждение от игры.

Суровые вступительные тесты есть только в 2-ух музыкальных школах – средней специальной имени Гнесиных и центральной средней специальной при Столичной гос консерватории имени Чайковского.

«Поступить в эти школы детки могут, пройдя конкурсный отбор по результатам прослушивания, – гласит педагог школы имени Гнесиных Татьяна Тамошинская. – Попадают только очень способные».

Нехитро: в школу имени Гнесиных на фортепианное отделение в мае конкурс был 6 человек на место.

Прослушивание малышей во все школы идет в апреле, мае, июне. В обыденные «музыкалки», правда, можно поступать и после начала учебного года в общеобразовательной школе.

Педагоги музыки очень заинтересованы в учениках: из родительских взносов за обучение формируется в том числе и зарплатный фонд школы – лишь на экономные средства преподавателю прожить тяжело.

«Средства, которые мы получаем от окружного управления культуры, уходят на приобретение музыкальных инструментов ремонт помещения», – разъясняет ИП значимость взносов для оплаты труда преподавателей директор музыкальной школы N97 Миша Крюков (подробнее о финансировании школ см. справку).

Музыкальные школы, в отличие от разных кружков, были платными и в русское время – такими и остаются.

Кто заказывает музыку
Музыкальные школы живут за счет страны, взносов родителей учеников и попечителей.
Предки платят средства за музыкальную школу через Сбербанк. Но их не хватает на то, чтоб выплачивать учителям заработную плату в полном объеме – часть средств они по единой тарифной сетке получают из бюджета городка. Комитет по культуре городка Москвы выделяет средства музыкальным школам на проведение ремонта, закупку инструментов.
Но музыкальным школам средств все равно не хватает. Для дополнительного финансирования директора музыкальных школ инициируют создание попечительских советов. Эта форма самоуправления образовательного учреждения закреплена во 2-м пт статьи 35 закона Рф «Об образовании» от 1992 года. Попечительские советы практически делают одну функцию: собирают средства с родителей в фонд школы уже не в размере неотклонимой платы за обучение, а кто сколько может.

Деньги романсов

Плату за обучение департамент культуры Москвы, которому подчиняются музыкальные школы, установил для всех схожую еще два года вспять – 200 руб. за месяц.

Но эта плата, согласно «Положению о порядке приема учащихся в детские музыкальные, художественные школы и школы искусств системы комитета по культуре Москвы» от 20 апреля 1993 года, установлена только для деток, которые пришли в школу в семь-восемь лет.

Это возрастной госстандарт начала обучения музыке. Исключение составляют классы, предполагающие не семилетний, а пятилетний срок учебы.

За 5 лет учат играть на неких инструментах – к примеру, аккордеоне, гитаре, баяне, и, соответственно, принимают по госрасценкам девяти- и десятилетних учеников.

Если предки желают учить малыша музыке ранее 7 лет либо, напротив, запоздали дать в восемь, в хоть какой школе им предложат поступать на коммерческой базе. Стоимость занятий в группе самоокупаемости – 1,5-2,5 тыс. руб. за месяц. В обыкновенной школе в среднем обучаются 600 человек, из их в группах самоокупаемости – около 100 человек.

Предки заносят средства за музыкальную школу на ее расчетный счет через Сбербанк.

Вобщем, по «Положению…», музыкальные преподаватели могут делать различные поблажки – что по оплате, что по срокам приема – особо даровитым детям.

Так, к примеру, в 1-ый класс по фортепиано престижной школы имени Гнесиных в этом году приняли четырехлетнюю девченку из подмосковного городка Пушкино, хотя мать привела дочку прослушиваться на подготовительное отделение.

За «подготовишек», к слову, необходимо платить столько же, сколько в группах самоокупаемости. Но не все преподаватели убеждены, что малыша необходимо знакомить с суровым музобразованием очень рано.

«Я считаю, что даже родителям, нацеленным на то, чтоб их ребенок стал в музыке специалистом, спешить с обучением не стоит, – гласит Алиса Пушинская. – Чтоб ребенок сел за рояль, у него спина должна быть крепкой, как и пальцы, руки. Если неискусно нагружать слабенькие мускулы, можно нанести вред».

Обучение в музшколах проходит по стандартной программке. Детям преподают четыре предмета: специальность, сольфеджио, хор и музыкальную литературу. Специальность – главный из их. Занятия с ребенком по этому предмету личные, проходят два раза в неделю по часу в первых классах, а позже по два.

Другие предметы преподаются по разу в неделю группе учеников. В конце каждого года – экзамены с оценками по пятибалльной системе, оценки и за сыгранные пьесы на каждом уроке. По окончании образования выдается свидетельство муниципального эталона.

Твердость русской системы музыкального образования признается всеми преподавателями, не говоря уже о мальчишках из интеллигентных семей, которые часто пробуют закрыть пианино на замок и ключ выкинуть. «За рубежом система обучения музыке построена на подготовке музыкантов для группового выполнения – игра в оркестре, ансамбле, – разъясняет Серафима Севостьянова. – У нас все куда суровее: ученик нацелен на сольное выполнение музыки, что просит очень суровой подготовки. Зато наши выпускники вправду могут солировать на собственном инструменте».

Вобщем, даже муниципальным школам приходится сейчас идти на поводу у тех из родителей, кто считает слезу малыша, капающую на кнопки, лишней платой за величие нашей фортепианной школы.

В 1990-е годы музыкальные школы массово начали открывать эстетические отделения – тут музыкой занимаются «в мягенькой форме», без расчета на консерваторию, а попутно отрисовывают, лепят и пляшут. Такое музицирование «себе» (оно оплачивается по этим же тарифам, что и суровое обучение в группах самоокупаемости) сейчас есть практически во всех музыкальных школах. Нужны и отделения электромузыкальных инструментов (в первый раз такое появилось в 1996 году в музыкальной школе N97).

«Мы открывали это отделение, чтоб освоить новые инструменты, появлявшиеся на рынке, – ведает ИП директор школы N97 Миша Крюков. – В качестве основного электроинструмента мы взяли синтезатор, так как он обладал большущими, тогда не много изученными способностями».

На данный момент отделения синтезатора открыты уже в 48 музыкальных школах Москвы. Изменяться муниципальным музыкальным школам, бюджет которых в то же время очень находится в зависимости от самофинансирования, велит рынок. На нем – огромное количество предложений личных уроков и от профессоров традиционной музыки, и от практикующих рокмузыкантов.

Музыкальный, да ранешний
Некие спецы считают, что музыкой можно заниматься с пеленок.
В 2002 году американка российского происхождения Лена Хайнер разработала специальную программку по обучению деток музыке – Soft Way to Mozart. Создатель программки утверждает, что малыши могут начинать заниматься музыкой с 2-ух лет. Soft Way to Mozart – это особая компьютерная программка обучения игре на электрическом пианино, снаряженном монитором. На мониторе высвечиваются особенным образом записанные нотки: цветные рисунки на вертикальном нотном стане. Даже на кнопках малыши отрисовывают особенные значки, чтоб их запоминать.
За рубежом берутся учить музыке двухгодовых малышей не только лишь на фортепиано. В 80-90-е годы прошедшего века всему миру стала известна методика японца доктора Шиниче Сузуки – обучение ранешней игры на скрипке. У него поначалу практиковались групповые занятия. Малыши ничего не игрались – только слушали. Позже обучались держать скрипку, кланяться и только после чего начинали осваивать инструмент – по одной нотке. Акцент в способе делался на чувственном восприятии самого процесса игры.
Идеи ранешнего обучения музыке появляются не на пустом месте. Некие современные докторы, к примеру доктор Миша Лазарев, считают, что ребенок принимает музыку, еще находясь в утробе мамы. Потому для развития возможностей грядущего малыша доктор Лазарев советует заниматься музыкой беременным дамам – хотя бы просто петь песни и слушать классику.

Музыка себе

При недоборе в муниципальные музыкальные школы открывать личные очевидно нерентабельно: в прессе и вебе вы отыщите пять-шесть объявлений о приеме в «личные музыкальные школы», но на самом деле там учат не игре на инструментах, а танцам. Исключение, пожалуй, это личная детская музыкальная школа при Институте импровизационной музыки.

Тут учатся полсотни малышей, каждомесячная плата – 3200 руб. Отличается эта школа от обыкновенной сначала тем, что здесь акцент изготовлен на умение импровизировать. «Обучение импровизации дает ребенку осознать, что он не дрессированный зверь, а создатель музыки, – разъясняет ИП концепцию директор школы Наира Серапионян. – Уверенность в том, что импровизировать может каждый ребенок, подтолкнула меня на создание специального учебного курса». Кроме этюдов Черни и Баха ученики тут обучаются музицировать и по своим произведениям госпожи Серапионян.

Институт импровизационной музыки, как и школа при нем, вырос из джазовой студии «Москворечье», которая была с середины 1960-х годов на правах художественной самодеятельности.

Есть в столице музыкальное образование, развивающее и традиции рока. К примеру, наистарейшая в Рф рок-школа «Красноватый химик», открывшаяся в 1979 году в ДК завода «Мосхимфармпрепараты», а в текущее время работающая в районе метро «Октябрьская». На данный момент сюда принимают с 12 лет. За 3 тыс. руб. за месяц ученика обучат играть по выбору на электро-, акустической и басовой гитаре, на ударных, клавишных инструментах, также рок-вокалу. Посреди педагогов есть и такие, кто сам выходит на сцену – к примеру, Сергей Дмитриев, солист группы «Добрые молодцы».

Курс рассчитан на два либо три года зависимо от того, как был подготовлен ученик до прихода. После окончания школы выдается «свидетельство». Это, естественно, документ быстрее «для домашнего использования» – предстоящему продвижению он не много поможет.

Вобщем, те, кто дает предпочтение личному образованию, и играть планируют «себе». А это можно делать фактически на любом инструменте – хотя учителя по кларнету, саксофону либо контрабасу отыскать труднее, чем по скрипке, фортепиано либо гитаре. Она, кстати, за последние годы стала абсолютным фаворитом посреди музыкальных инструментов по востребованности. В гитаристов, за чьи личные уроки клиенты платят, массово переквалифицируются спецы по игре на других инструментах.

«Я закончил музыкальную школу по классу балалайки, а позже и отделение народных инструментов училища Гнесиных. Но уже тогда научился играть на гитаре, чтоб выступать и давать уроки, – гласит музыкант Герман Осипов. – На данный момент умение играть на народных инструментах бесперспективно и просто погибает, так как не вызывает энтузиазм у публики и не приносит средств музыкантам».

Находить личного педагога можно в газетах бесплатных объявлений либо на музыкальных веб-сайтах – musicforums.ru, musiclife.ru. Но более верный метод – пойти поговорить с учителями в ближайшую муниципальную школу: большая часть из их от личного репетиторства не отрешается.

Оплата личных музыкальных занятий, обычно, почасовая – 400-450 руб. за час, время от времени 600-900 и выше – если за дело взялся виртуоз либо педагог с приличным опытом.

С детками обычно занимаются по часу два раза в неделю. В большинстве случаев педагог сам приезжает домой к ученику, хотя, естественно, может быть и оборотное.

Если особенных пожеланий у вас нет – педагог будет заниматься с ребенком по главным фронтам школьной программки, кроме, естественно, хора. Хотя кто платит, тот и заказывает, какой музыке учить его малыша.

Есть также облегченные способы обучения игры и без умения читать нотки – скажем, когда гитарные аккорды записываются способом так именуемой табулатуры (ученик лицезреет картину с изображением гитарного грифа, на которой нарисовано, какие струны, на каком ладу и какими пальцами необходимо придавить).

«Это облегченный метод записи музыки, и у него есть огромные недочеты, – гласит Сергей Смоляков, педагог игры на гитаре. – Вы можете сыграть и подобрать только знакомую мелодию».

Вобщем, совершенно уж облегченные требования к процессу и методике обучения могут не устроить многих сторонников традиционного подхода к музыке, и вам придется еще выискать педагога, который согласится учить «чему-нибудь и как-нибудь». Подумайте, стоит вообщем за это платить: гитарным аккордам учат и друзья во дворе, везде продают книги с табулатурами узнаваемых песен, и даже по фортепиано есть самоучители. Вобщем, спецы отмечают, что научиться отлично играть по самоучителю без наставника фактически нереально. Если это было бы не так, музыкальных школ издавна не осталось.

Буковка закона
Деток в московские музыкальные школы принимают на основании «Положения о порядке приема учащихся в детские музыкальные, художественные школы и школы искусств системы Комитета по культуре Москвы», принятого Комитетом по культуре Москвы в апреле 1993 года.
Согласно пт 3 «Положения…», правом поступления в муниципальную музыкальную школу могут пользоваться не только лишь граждане РФ, да и живущие у нас иноземцы. Принципиально только пройти «проверку возможностей в области того либо другого вида искусства» (статья 4 «Положения…»). Порядок и сроки проведения приемных прослушиваний (просмотров) устанавливает педагогический совет определенной школы.
В «Положении…» указаны возрастные границы для поступления в музыкальную школу. В школы со сроком обучения семь-восемь лет не следует принимать деток старше 9 лет и молодее 6 лет, а поступающие на пяти-шестилетнее обучение не должны быть старше 12 лет и молодее 9 лет. Вобщем, у школ есть возможность для маневра: в документе обсуждено, что «возраст поступающих в школу определяется педагогическим советом школы в согласовании с учебными планами и программками». Не считая того, вне зависимости от всех программ «Положение…» позволяет особым образом относиться к даровитым детям: «В отдельных случаях с учетом личных возможностей поступающего в школу на основании решения педагогического совета школы в порядке исключения допускается отступление от возрастных требований…
Светлана Казанцева
Статья предоставлена журнальчиком
Как по ноткам

Аналогичные записи: Комментирование на данный момент запрещено, но Вы можете оставить ссылку на Ваш сайт.

Комментарии закрыты.