Частные школы: трудный малый… бизнес?

Обычно считающийся более мобильным сектором экономики, малый бизнес резвее других реагирует на происходящие конфигурации, делает дополнительные рабочие места и вводит новые технологии. Показавшиеся шестнадцать годов назад, после выхода Закона «О предприятиях и предпринимательской деятельности», личные образовательные школы не исключение. Являясь на самом деле некоммерческими организациями, они сталкиваются с теми же неуввязками, что и любые другие бизнес-структуры. Самые острые вопросы тут — аренда помещений и строительство построек для собственных нужд.

За что платить средства?

До того как перейти к чисто экономическим вопросам, поглядим, чем все-таки презентабельны личные школы, либо, как их еще именуют, негосударственные общеобразовательные учреждения (НОУ). Начнем с способности получить более высококачественное среднее образование и с наличия более комфортабельных критерий для учебы. Обычно, в таких школах — около 100 человек, а в каждом классе — по 10-15 учеников. Это тоже имеет свое значение: в относительно малеханьких коллективах каждый ребенок — как на ладошки, учителя знают его личные особенности и пристально наблюдают за его развитием.

Конек многих личных школ — исследование зарубежных языков. На британский дают по 6 часов в неделю, а с 5-ого класса в неотклонимом порядке вводят 2-ой язык. Фактически все удачные личные школы сориентированы на определенные престижные институты и работают по принципу: что необходимо выпускнику. Исходя из целей малыша, уже в девятом-десятом классе ему подбирают специальную программку подготовки к поступлению в институт, в согласовании с которой он часто и обучается у педагогов из вузов-партнеров.

В личной школе учителя получают достаточно высшую заработную плату, что позволяет администрации собирать под одной крышей обученных преподавателей. Там, где есть продленка, педагоги работают с детками в течение всего денька: поначалу — уроки, позже — кружки, бассейн, теннис, общение с психологом, личные занятия. В таких «пансионах» — непременное четырехразовое питание, собственный транспорт (учащихся вечерком развозят по домам, а днем возвращают в школу).

В отличие от муниципальных личные средние учебные заведения не сдают отчеты в разные инстанции: их работу оценивают своими средствами предки. Потому там нет того, чем заражены многие госучреждения, — показухи и укрытых поборов в пользу директорского кармашка. Вкупе с тем личная школа не становится некоторой образовательной вольницей, где учат чему желают. По сути хоть какое НОУ находится под пристальным вниманием страны в лице органов управления системы образования, которые решают вопросы аккредитации и лицензирования, выдают аттестаты.

Бизнес ли это?

Доход личных школ формируется за счет вступительных платежей (3–7 % всех поступлений), каждомесячной платы за обучение (70 % поступлений), также за счет грантов и нерегулярной помощи спонсоров (15–20 %). Не считая того, некие заведения зарабатывают на проведении дополнительных платных занятий (а ведь в критериях личной школы их, по идее, быть не должно), но их толика в прибыли изредка превосходит 2–5 %. Расходы (на аренду помещения, заработную плату персонала, питание, транспорт и налоги) составляют 97 %. Даже в столице, где много состоявшихся семей, прибыль в более массовом, среднеценовом, секторе школ невелика — 4000–9000 $. При этом огромную ее часть обладатели обязаны вкладывать в компанию учебного процесса либо растрачивать на неожиданные нужды. Потому посторонние инвесторы, невзирая на желание мэра Москвы Юрия Лужкова привлечь их для строительства негосударственных школ, не рассматривают рынок личных образовательных услуг как доходный и старательно обходят его своим вниманием.

Согласно Закону РФ «Об образовании» личные учебные заведения — это некоммерческие организации. Все заработанные средства они должны расходовать в согласовании с уставом. Прибыль может быть получена обладателями исключительно в виде начисленной им заработной платы. «Копить средства на счетах школ директора не имеют права: возникнут задачи с налоговыми органами, — гласит президент АСНООР (Ассоциация негосударственных образовательных организаций Рф), директор лицея «Столичный» Александр Вильсон. — Также личная школа не должна брать любые средства. Если она начнет это делать, то перевоплотится в коммерческое заведение. А школа как такая вообщем не может быть делом. Это особенный вид услуг. Деятельность, которую она производит, связана с обучением деток по муниципальным программкам. Другими словами нам только делегированы определенные возможности и передан норматив, который заложен на каждого малыша, имеющего, кстати, по Конституции РФ право на бесплатное среднее образование. Но полностью бесплатных школ сейчас просто нет, потому что государственное образование тоже становится в неком смысле личным, другими словами происходит его естественная коммерциализация».

Непредсказуемая аренда

Правительство все заметнее дистанцируется от хлопот о средней школе и вкупе с тем методично, год от года, лишает «частников» льгот. До 1 января 2005 года аккредитованные личные школы получали из федерального бюджета по 5500 руб. в квартал на каждого ученика. Для многих заведений это было суровым подспорьем, такое положение позволяло сформировывать фактически третья часть бюджета. Но с начала года НОУ лишили и таких средств. К тому же на личные школы возложили обязанность оплачивать коммунальные услуги, за что до того времени отвечал муниципалитет.

Более осязаемым ударом по бюджетам личных образовательных учреждений стала отмена льготной арендной ставки за найм помещения (по договору сроки аренды, обычно, не превосходят 11 месяцев с возможностью пролонгации). Это привело к росту арендной платы на 30–40 %. Некие школы заблаговременно подготовились к такому повороту событий, повысив плату за обучение. Но как конкретно вырастут расходы на аренду — угадали не все. Тот, кто промахнулся, пожал горьковатые плоды: одни заведения просто закрылись, другие были проданы.

Александр Вильсон: «Здание лицея «Столичный» находится в длительной, на 15 лет, аренде. И можно только удивляться тому, что тут было, когда местное население тащило из помещений детского сада, принадлежавшего заводу имени Лихачева (три года здание не эксплуатировалось и не имело охраны), все, что удавалось отодрать и отковырять, — и тому, во что все перевоплотился. Да и тогда, когда мы брали здание, по официальной оценке «МИЭЛЬ-Недвижимости», оно стоило 350 000 $, и мы представляли, какие вложения нам еще предстоит сделать. Каждый вклад либо перепланировку я согласовывал с собственником, и сейчас дом не имеет ничего общего с детским садом. На данный момент за месяц за 2100 кв. м мы платим около 300 000 руб. Я считаю, что сумма разумная. Вопрос о выкупе помещения не стоит, так как за нами нет структуры, которая могла бы сходу издержать около 4 с половиной миллионов баксов (конкретно в такую сумму оценивают этот объект)».

Катком по НОУ

Не успели частники оправиться от шока, как на горизонте замаячила новенькая угроза. С января 2006 года у личных школ отобрали льготу на уплату налога с имущества. К тому же детские сады, в каких располагается много таких учреждений, из-за улучшения демографической ситуации, а кое-где и в силу искусственно раздутого положения, когда при помощи мертвых душ в их стали стоять очереди чуть не по тыще человек, вновь потребовались городку. Пустовавшие в лихие 90-е и отданные в аренду разным НОУ, они вновь стали нужны. Выиграли только школы, смогшие получить строения в собственность. Но таких примеров — единицы. Права первоочередного выкупа арендуемых площадей средние учебные заведения не имеют. Из 230 личных школ Москвы (из их 140 школ имеют муниципальную аккредитацию по трем ступеням) в собственных зданиях работают менее 10. Понятно, что корпоративным общеобразовательным школам при больших коммерческих и императивных структурах, таких, как «Газпром», Управление делами Президента РФ, мэрия Москвы, задачи с недвижимостью неизвестны, и они могут сосредоточиться только на образовательном процессе.

Остальным личным школам приходится находить новые помещения без помощи других. Отыскать их тяжело, к тому же для этого требуются немалые средства. Каждый выходит из сложившейся ситуации в согласовании с своими способностями, и уже есть неординарные решения этого вопроса. К примеру, в свое время управление «Перспективы» купило плавучую пристань. На ней выстроили здание из модульных конструкций, и в столице появилась личная школа «на воде».

Время от времени некие учебные заведения только объявляют о том, что у их собственное помещение, но на самом деле выясняется, что оно или находится в процессе дизайна в собственность, и еще непонятно, куда тележка вывезет, или это заявление вообщем не соответствует правде.

Вопреки трудностям

Но Москве подфартило. Мэр столицы Юрий Лужков сдержал свое слово, когда обещал профинансировать из столичного бюджета то, что было отобрано федеральной властью. Приведем выражение Александра Вильсона: «Сначала нужно отметить, что образовательным обществом была проведена определенная работа, и первоначальное решение о том, чтоб не выдавать средств из бюджета, было пересмотрено. В итоге Мосгордума проголосовала за введение нормативного финансирования для аккредитованных негосударственных школ, а потом Юрий Михайлович подписал это распоряжение. Но в 1-ый, 2005 год, право на такое финансирование смогли получить только 60–70 % школ, а другие оказались не у дел в связи с тем, что три окрестность городка были недофинансированы. В сегодняшнем году ситуация в корне поменялась. Негосударственная школа наконец прописана отдельной строчкой, верно определены числа: норматив — 26 000 руб. на 1-го малыша в год. Сейчас не нужно мыслить, сколько дадут и дадут ли вообщем, а само финансирование осуществляется казначейством и больше не находится в зависимости от чьей-либо воли».

Предел выживаемости

Сейчас предел выживаемости для личных школ находится на отметке в 400 $ за месяц с 1-го малыша. Опуститься ниже и при всем этом соблюсти применимое качество образования нереально.

Школы, в каких с учеников берут по 400–500 $, относятся к первой группе НОУ и числятся дешевыми, нацеленными на людей с каждомесячным доходом в 1000–2000 $. Такие заведения отлично заполняются, пользуются размеренным спросом, но не могут повытрепываться неплохими бытовыми критериями — современным оснащением классов, хорошим питанием. Обычно, эти школы размещаются в переоборудованных детских садах либо арендуют часть госшкол. 2-ая группа НОУ ориентируется на тех представителей среднего класса, которые имеют доход в 2000–2500 $ за месяц. Это люди, работающие в инофирмах, банках либо открывшие свой бизнес. Они могут позволить для себя платить за обучение малыша от 500 до 800 $ за месяц. Там, где установлена плата такового уровня, обычно изготовлен хороший ремонт, обустроена прилегающая территория, есть современная спортивная база, компьютерные классы и красивая столовая.

3-я группа школ рассчитана на очень состоявшихся людей. Обучение 1-го малыша обходится здесь в 1000–2000 $ за месяц. Хотя в общем-то образовательные программки в дорогих учебных заведениях такие же, как и в относительно дешевеньких. Прин-ципиально другой является только материально-техническая база. Престижная школа часто имеет даже свою обсерваторию и лошадок для обучения деток верховой езде. Не считая того, завышенную стоимость предки платят за репутацию элитарного заведения. При тривиальных плюсах у этих учебных учреждений есть и свои минусы. Их обладателям приходится дрожать за каждого ученика (вроде бы не утратить!), можно для себя представить, что будет, если в учебном году таковой оазис покинут хотя бы два человека.

О собственной систематизации школ ведает Александр Вильсон: «1-ая категория — это лучшие учебные заведения, где основным является высококачественное обучение, гарантированное долголетней историей школы, где существует крепкая вещественная база и есть широкий диапазон способностей дополнительного образования. Таких объектов в Москве не больше двадцати-тридцати. Приблизительно столько же в городке и муниципальных лучших школ. 2-ая категория — базисные заведения, работающие в протяжении пяти-семи лет. Обучение в их довольно размеренное и высококачественное, но часто более слабенькая вещественная база. Такие школы делают свои обязательства не ужаснее муниципальных средних, а в ряде всевозможных случаев и лучше их. Это и есть размеренная середина нашего негосударственного образования. 3-я категория (30 % от полного количества НОУ) — экономные учебные заведения, работающие на пределе выживания. Их полностью можно именовать неполноценными. Учителя из гос школы вечерком перебегают преподавать в личную. Выходит типичный симбиоз гос и негосударственной школ. Такие НОУ первыми очень остро чувствуют на для себя все препядствия: конкретно они не выдерживают ужасного удара — когда им отказывают в предстоящей аренде».

Как у других?

Нескончаемая борьба с трудностями тормозит рост количества НОУ, но меньше их тоже не становится. Сейчас у «частников» учатся примерно 20 000 — 25 000 человек (эта цифра «плывет»), что составляет 4–5 % от общего числа учащихся Москвы. По Рф данный показатель существенно ниже и равен 1,2–1,3 % (350-000 учащихся). Эта статистика не учитывает дополнительное образование, которое также относится к негосударственному. Тут счет идет уже на миллионы.

Цифра в 4–5 % по личной школе свойственна и для Европы, и для Америки, так что со всей определенностью можно сказать, что по данному показателю Наша родина находится на мировом уровне. Посреди передовиков личного образования — Новенькая Зеландия. Там толика НОУ составляет 95 %. А наш восточный сосед Китай, взяв все самое наилучшее из мирового опыта, опять пошел своим методом. До 2001 года в стране культурной революции доминировал принцип — поддерживать наисильнейших независимо от формы принадлежности. Потом ситуация поменялась. После еще одного пленума ЦК Компартии Китая было официально объявлено, что негосударственная образовательная система действует в интересах народа, потому ее нужно всячески поддерживать. В личное образование китайцы стали вкладывать большие средства. Помещения для НОУ там предоставляют без арендной платы, а в неких провинциях и совсем строят особые строения для таких школ. Более того, китайские личные и муниципальные учебные заведения получают из бюджета полностью однообразные средства по всем статьям, а не только лишь выплату на малыша, как это происходит у нас. Ученики и учителя муниципальных школ и НОУ уравнены в правах — у нас это далековато не так. В общем, есть с кого брать пример, было бы желание.

Вадим Пересветов
Статья предоставлена журнальчиком «Работа & Заработная плата»

Аналогичные записи: Комментирование на данный момент запрещено, но Вы можете оставить ссылку на Ваш сайт.

Комментарии закрыты.